| Индекс материала |
|---|
| После ареста Дагина |
| Страница 2 |
| Страница 3 |
| Страница 4 |
| Страница 5 |
| Страница 6 |
После ареста Дагина никаких шансов выжить и у Ежова и у Фриновского не оставалось. 12 ноября арестован нарком Азербайджана Каминский. В тот же день Литвин покончил жизнь самоубийством. После дневного телефонного разговора с Ежовым Литвин вечером должен был выехать в Москву. За час до отхода поезда он застрелился у себя на квартире. На следующий день арестован Шапиро.
15 ноября нарком Украины Успенский бежал из Киева и скрылся. Подробнее об этом пишет Хрущев: «Дело Успенского началось так. Однажды мне звонит по телефону Сталин и говорит, что имеются данные, согласно которым надо арестовать Успенского... «Но это вы сами должны сделать»... Вскоре Сталин звонит опять: «Мы вот посоветовались и решили, чтобы вы Успенского не арестовывали. Мы вызовем его в Москву и арестуем здесь.
Не вмешивайтесь в эти дела» [36, С. 173]. Хрущев уехал в Днепропетровск, и тут ему позвонил Берия и рассказал о том, что, пока его не было, Успенский сбежал и «оставил записку с намеками, что кончает жизнь самоубийством, бросается в Днепр». Успенского не могли найти полгода. Но важен не столько сам случай, сколько то, как воспринимали причины его побега: «Когда после бегства Успенского я приехал в Москву, Сталин так объяснял мне, почему сбежал нарком: «Я с вами говорил по телефону, а он подслушал. Хотя мы говорили по ВЧ и нам даже объясняют, что подслушать ВЧ нельзя, видимо, чекисты все же могут подслушивать, и он подслушал.
Поэтому он и сбежал». Это одна версия. Вторая такова. Ее тоже выдвигали Сталин и Берия. Ежов по телефону вызвал Успенского в Москву и, видимо, намекнул ему, что тот будет арестован» [36, с. 174].
