Фактор выживания становился решающим в определении жизненных приоритетов. Постоянное ощущение « осаждённой крепости» с подмешанной патриотической доминантой, ограниченность методологических конструкций, объясняющих природу антиобщественного поведения в условиях строящегося социализма лишь усугубляли ситуацию в Азербайджане.
К концу 20-х годов пришедшая на смену НЭП политика ускоренной индустриализации и коллективизации в сельском хозяйстве окончательно сломила хрупкое равновесие в советском правосудии. Оно стало приобретать «кампанейский характер», продемонстрировав предельные возможности уголовного наказания.
Инициирование судебных преследований противников советских преобразований в центре и на местах привело к увеличению числа репрессированных граждан.
Уже в начале 30-х годов началась вторая волна репрессий, которая охватила всю страну.
В 1931 – 1932 годах и в первой половине 1933года в СССР прошла волна репрессий в отношении «верных ленинцев», «партийцев». Примерно около 65% , это 40 тыс. её (партии) членов, были привлечены к уголовной ответственности по обвинению в антипартийной и оппортунистической деятельности. Около 16 тыс. членов были исключены из рядов ВКП (б).
В октябре 1934 г. постановлением ЦИК и СНК СССР, при НКВД СССР создаётся Особое Совещание, которому предоставлялось право применять наказания в виде высылки, ссылки и заключения в ИТЛ (исправительных трудовых лагерях) на срок 5 лет, а также высылки за пределы СССР.
Наркомы НКВД Г.Г. Ягода (1934–1936 гг.), Ежов Н. И. (1936-1938 гг.) и Л.П. Берия (1938-1945, 1953 гг.) и их подопечные в Азербайджане Раев, Сумбатов-Топуридзе, Атакишиев , Емельянов в полном объёме использовали репрессивные возможности этого рычага насилия и беззакония в отношении «истинных партийных кадров-ленинцев».
Известно, что ГУГБ НКВД СССР, самое многочисленное из всех главных управлений наркомата, оказалось одним из непосредственных организаторов массовых политических репрессий в стране. Их главным вдохновителем являлось Политбюро ЦК ВКП (б) во главе с И. Сталиным. Именно они развязали третью волну репрессий после убийства С.М. Кирова в г. Ленинграде.
В связи с этим событием Сталин за одну ночь подписал смертный приговор на 3 тыс. 187 человек.
Вечером 1 декабря 1934 г. по указке Сталина секретарём Президиума ЦИК Енукидзе было подписано следующее постановление:
«1.Следственным властям вести дела обвиняемых в подготовке или совершении террористических актов ускоренным порядком;
2.Органам НКВД приводить в исполнение приговоры о высшей мере наказания в отношении преступников названных выше, немедленно, сразу же после вынесения судебных приговоров».
Это постановление послужило основанием для массовых нарушений социалистической законности. Во многих фальсифицированных следственных делах обвиняемым приписывалась «подготовка» террористических актов, и это лишало обвиняемых какой-либо возможности проверки их дел даже тогда, когда они на суде отказывались от своих вынужденных «признаний» и убедительно опровергали предъявленные им обвинения.
Четвёртая волна массовых репрессий датируется с конца 1936 г. Эта волна массовых репрессий началась примерно после известной телеграммы Сталина Жданову из города Сочи 25 сентября 1936 года, адресованной также Кагановичу, Молотову и другим членам Политбюро. В телеграмме было указано следующее:
«Считаем абсолютно необходимым и срочным делом назначение Ежова на пост наркомвнутдела. Ягода, явным образом, оказался не на высоте своей задачи в деле разоблачения троцкистско-зиновьевского блока. ОГПУ опоздал в этом деле на 4 года. Об этом говорят все партработники и большинство областных представителей НКВД».
Эта сталинская установка была как бы укором всем сотрудникам НКВД о том, что они опоздали с массовыми репрессиями. А для того, чтобы оправдать доверие «отца народов» и избежать тотальных репрессий уже внутри НКВД сотрудникам этого ведомства не оставалось права выбора и, чтобы «наверстать» упущенное, они приступили к осуществлению зловещего плана массового террора.
Аналогичная телеграмма была направлена первому секретарю ЦК ВКП (б) Азербайджана Мирджафару Багирову. В телеграмме было сказано, что ЦК Азербайджана очень слабо ведёт борьбу с теми, кто выступает против линии партии. Было указано, что именно органы НКВД самоустранились от этого процесса. «Некоторые даже сочувствуют…».
В докладе Сталина на февральско-мартовском Пленуме ЦК 1937 года «О недостатках партийной работы и мерах ликвидации троцкистских и иных двурушников» была сделана попытка теоретически обосновать политику массовых репрессий под тем предлогом, что «по мере нашего продвижения вперед к социализму классовая борьба должна всё более и более обостряться…».
Для Азербайджана эти репрессии не прошли мимо. Только за 1937-1938 гг. сотрудниками НКВД Азербайджана были сфабрикованы так называемые «обязательные» дела. Например, дело «Заговора партработников», дело «военных», дело «Азнефть», «Гянджинское дело», «Шемахинское дело», дело по «Комиссариату земли», дело « Союза писателей» и т.д. В общей сложности только по этим делам было привлечено 1700 чел., из них 20 народных комиссаров и их заместителей, 34 председателей исполкомов, 52 секретаря райкома, 8 профессоров, 88 военнослужащих и т.д. Только по делу «Азнефть» было привлечено 300 человек.
В целом за 1937 по 1938 г. в Азербайджане к уголовной ответственности было привлечено 40 тыс. человек. А если обобщить статистику за 10 лет (имеются в виду 30 –40-е годы), было репрессировано 70 тыс. человек. Из них только 29 тыс. была интеллигенция. В качестве примера достаточно назвать несколько имён, которые являлись самыми яркими представителями азербайджанской интеллигенции. Это Гусейн Джавид, Микаил Мушвиг, Б.А. Талыблы, В. Хулуфлу, Юсиф Чеменземенли, Ахмед Джавад, Т. Шахбази, М. Джуварлинский, Б. Чобанзаде, Б. Гасанбеков и другие.
В своей докладной записке заместитель НКВД Азербайджанской ССР Маркарьян сообщает Ежову, что в 1937 году в г. Кировабаде было намечено к изъятию 266 человек, изъято было 590; в Геокчае намечено было 197, изъято 383, в Карягине было намечено 68 - изъято 185; в Кубе намечено было 161, изъято 373 ; в Закаталах намечено было 40, изъято 153, в Шемахе намечено было 40, изъято 207 человек. Только по городу Баку было намечено к изъятию 300 детей, а фактически было изъято 1000 детей, отцы которых были расстреляны, а матери осуждены на 8-10 лет.
Изъятых детей до пяти лет размещали в специальных детских яслях города Баку, а дети от 5 до 16 лет отправлялись в специальный приёмник в посёлке Шуваланы. После тщательного отбора некоторых детей отправляли под конвоем в Российские детские дома для детей врагов народа.
В 1937 – 1938 гг. проводимые мероприятия органами НКВД СССР по так называемой “кулацкой операции” (Приказ №00447) вырвали из привычного уклада жизни почти 768 тыс. человек, из которых около 387 тыс. были расстреляны, хотя первоначально Политбюро утвердило общую цифру репрессированных в 298 955 человек.
В различных районах Азербайджана у крестьян отбирали скот, сельскохозяйственные орудия труда. Тех, кто не желал вступать в колхозы, арестовывали, они объявлялись участниками повстанческого движения, антисоветскими элементами. Только в Шекинском районе было расстреляно 2 тыс. человек. В таком же положении оказались Нахичеванская АССР, Исмаиллинский и Шемахинский районы.
В стране росло сильное недовольство режимом. Зная это, сталинское руководство в срочном порядке меняет структуру НКВД СССР и усиливает её низовые звенья. Одновременно с реструктуризацией аппарата НКВД СССР произошли изменения в структурах и аппарате НКВД Азербайджана. В структуру Комиссариата были включены Управление Государственной безопасности, Управление рабоче-крестьянской милиции, Управление мест заключения. Наряду с этими управлениями были созданы: политический отдел, отдел уголовного розыска, отдел борьбы с бандитизмом, отдел БХСС, паспортно-регистрационный отдел, отдел ГАИ и т.д.
Партия, используя громадный аппарат НКВД, направляет удар по самым широким контингентам. При этом использовались не только аресты и расстрелы, но и применялись методы массовых выселений целых народов.
На основании принятых целого ряда приказов НКВД (№ 00439,№ 00485,№ 00596, № 00693, меморандум № 449990 и почто-телеграмма 3 50125) началось массовое выселение народов. Общая численность арестованных и высланных по СССР составило 300 тыс. человек.
Самое первое массовое выселение среди бывших союзных республик началось в Азербайджане. 10 мая 1937 г. 600 семей были под конвоем отправлены в казахстанские степи Чуйской долины Талды-Курганской области.
Переселенцы из Азербайджана были разделены на две группы: подпадавших под расстрел и осуждённых на сроки 5, 8 и 10 лет.
Весь процесс выселения граждан Азербайджана состоял из четырёх этапов. Первый этап-высылка семей политэмигрантов ("политбандитов"). Второй – сентябрь- ноябрь 1938 г. - так называемые "семьи иранского происхождения", это тысячи работоспособных крестьян из Имишлинского, Астраханбазарского, Джабраильского, Агджабединского и других районов. В это же время из города Баку было выдворено в Иран 18 тыс. азербайджанцев иранского происхождения. Надо указать на то, что освобождённые квартиры сразу же заселялись армянами.
Третий этап относится к периоду с октября 1941 по ноябрь 1942 гг. Именно в этот период началось массовое выселение немцев (35 тыс.), среди которых были учёные, офицеры, родственники бывших нефтепромышленников и даже родственники участников установления советской власти в Азербайджане.
Четвёртый этап - июнь 1949 г., когда началось массовое выселение греков, ассирийцев и азербайджанцев турецкого происхождения. И, наконец, пятый этап, начатый в 1952 г. Он, к счастью, длился недолго.
Особенно хотелось бы остановиться на третьем этапе, связанном с массовым выселением немцев.
Ещё в ноябре 1934 г. руководство НКВД Аз. ССР рекомендовало партийному руководству страны выслать в административном порядке из немецких колоний, расположенных на территории Азербайджана, кулацко-помещичью верхушку и бывших собственников заводов, мельниц. Было принято решение снять с хозяйственных и общественных должностей всех немцев, имеющих тесную связь с германским консульством.
20 декабря 1934 г. в немецких колониях Азербайджана, а также в городах Баку и Гянджа была проведена акция по массовому аресту лиц немецкой национальности и частичной депортации части их в Сибирь, районы Средней Азии и Казахстана. В марте –апреле 1935 г. также, вторично, была произведена частичная депортация немецкого населения, активным исполнителем таковой был НКВД.
В докладе руководства НКВД секретарю ЦК АКП (б) М. Багирову от 31 мая 1935 г. приводится отчёт о проделанной работе за последние полгода. В одном из фрагментов отчёта записано: “После некоторой предварительной подготовки одновременно во всех районах в ночь на 28 марта с.г. было проведено изъятие кулачества и конфискация имущества немцев. В ночь на 6 апреля с.г. операция по изъятию кулачества началась с погрузки в эшелоны и отправкой их на Беломорско-Балтийский Комбинат. Операция была проведена в 8 немецких колониях Наримановского, Шамхорского, Газахского и Таузского районов. Всего было изъято 72 семейства, в количестве 273 душ”.
В стенах НКВД планомерно был реализован план по уничтожению активной части немецкого населения. Только за 1935 г. было репрессировано 381 человек. В 1937-1938 гг. многие из арестованных были расстреляны, а оставшаяся часть отправлена в лагеря. Затем они же, отпущенные на свободу в 1940 и 1941 году, вторично будут арестованы и осуждены на 3 и 5 лет.
Продолжение внесудебного произвола беспрецедентных масштабов в конце 30-х годов, организованного Сталиным и его соратниками против потенциальных политических противников как в центре, так и на окраинах страны, позволило прибегнуть к использованию в следственной практике НКВД представителей других национальностей, используя фактор существующих веками национально - территориальных противоречий между народами СССР. Так, в Азербайджане большую часть кадров следственно - оперативного аппарата составляли армяне. Например в Карягинском р-не – Вартанян, Нухинском - Маркарян, Шахбузском –Григорян, Белоканском – Саркисов, Астара - Аракелов, Лерик - Хачатуров, Агджабеди - Саркисов, Зангелан - Заргорян, Маркарян, Казичан, Джабраил – Аванесов, Джиирдян, Астраханбазар –Авакян, Исраилян, Пушкин - Закарян, Ярдымлы - Севанян, Самух - Петросян, Массаллы - Ашот Аванесов, Физули - Сааков, Шаханян, Вартанов, Казах –Григорян, Нахичевань – Багдасаров, Исраилян, Ионесян, Эвонян, Агаджанов, Сейранов, Акопов, Парсегов (будущий партком НКВД), Баку - Аванесов, Арутюнов. Одним словом из 51 района в 31 руководителями районных отделениях НКВД были армяне.
Подобная ситуация сложилась и в высших эшелонах аппарата НКВД. Например : Адамян – ст. следователь Особого отдела 11-ой армии, Ишханян - сержант Главного Политического Управления НКВД, Х.Г. Григорян – Начальник отделения особого совещания НКВД Азерб. ССР, Вартанов – начальник ОБХСС НКВД Азерб.ССР, Григорян – Руководитель аппарата КГБ в Казахском районе, Маркарян – заместитель наркома НКВД Азерб. ССР, Мирзоян - заместитель наркома НКВД, Пчелян - начальник Баиловской тюрьмы, Геворков – начальник Нахичеванской тюрьмы, Хачатуров - начальник тюремной больницы НКВД, Асланян Г.С. - начальник архива НКВД, Геворков Н.А. - главврач больницы Бакинской следственной тюрьмы, Бабакевхян Г. С.- главврач больницы Гянджинской смешанной следственной тюрьмы.
Выше указанные сотрудники следственно-оперативных служб Азербайджана стали ёще более уверенно осуществлять репрессивные действия особенно после создания на территории СССР при тюрьмах ГУЛАГа НКВД так называемых внутренних тюрем ГУГБ НКВД, деятельность которых регламентировалась приказами и циркулярами НКВД СССР. К таковым можно отнести приказы НКВД СССР “О тюрьмах ГУГБ НКВД СССР”, “О тюрьмах особого списка”.
Мясорубка, организованная в Азербайджане, не жалела никого. Даже сами сотрудники НКВД стали жертвами репрессий. Достаточно назвать некоторых видных представителей НКВД Азербайджанской ССР: Исрафил Ибрагимов, Рагим Гусейнов, Эюббей Ханбабаев, Ганифа Гусейнов, Алибей Беклярбеков, Рагимбек Шихлинский, Ислам Гаджиев, Теймур Гусейнов, Али Мамедов, Агагусейн Расулзаде, Алиев Мусеиб, Асадбек Ахундов, Новруз Ризаев, Баба Алиев, Азиз Назаров, Гамид Султанов и другие.
Причин для объяснения этого процесса несколько. Во-первых, определённая часть честных сотрудников, видя эту ситуацию, заявили об отказе от своего участия в этих репрессиях. Для их устранения применялись разные способы. Например, в республиканских архивах сохранилась масса уголовных дел того периода на бывших сотрудников НКВД, в основном, связанных с нарушениями службы, дисциплины, хозяйственной деятельности, по морально-нравственным мотивам и т. д. Во-вторых, были и такие, которые в прошлом занимали ответственные посты в НКВД и противились выдвижению на высокие посты в НКВД тех, которые впоследствии активно участвовали в проведении массовых репрессий. В-третьих, это те сотрудники НКВД, которых впоследствии убирали, как свидетелей или участников этой ужасной резни.
Вспомним наркомов НКВД Азербайджана Раева М.Г., Ю.Д. Сумбатова – Топуридзе, начальника Главного Управления погранвойск Фриновского, Атакишиева А., Емельянова и т. д. Это те руководители, которые своими средневековыми методами допросов, по сути, дискредитировали сам режим.
Активное участие их в этой бойне против собственного народа, использовании самых страшных пыток и истязаний людей было санкционировано ЦК ВКП (б). Так в одном из обращений ЦК разъяснялось, что применение физического воздействия в практике НКВД было допущено с 1937 г. В обращении говорилось, что: “…все буржуазные разведки применяют физическое воздействие в отношении представителей социалистического пролетариата и притом применяют его в самых безобразных формах. Спрашивается, почему социалистическая разведка, ОВД должна быть более гуманна в отношении заядлых агентов буржуазии, заклятых врагов рабочего класса и колхозников. ЦК ВКП (б) считает, что метод физического воздействия должен обязательно применяться и впредь, в виде исключения, в отношении явных и не разоружающихся врагов народа, как совершенно правильный и целесообразный метод”.
Из сказанного напрашивается вывод, что самые грубые нарушения законности, пытки, истязания, массовые репрессии в СССР и, в частности, в Азербайджане были санкционированы ЦК ВКП(б) и его прислужниками, такими, как М. Багиров и его командой, инструментом которых был НКВД Азербайджанской ССР.
Николай Бухарин перед казнью писал: “Чувствую свою беспомощность перед адской машиной, которая, пользуясь, вероятно, методами средневековья, обладает исполинской силой, фабрикует организованную клевету, действует смело и уверенно…. В настоящее время органы НКВД – это переродившаяся организация безыдейных, разложившихся, хорошо обеспеченных чиновников, которые, пользуясь былым авторитетом ЧК, в угоду болезненной подозрительности Сталина, боюсь сказать больше, в погоне за орденами и славой творят свои гнусные дела”.
